Стояла я как-то в прихожей, аккуратно разглаживая складки своего ярко-красного пальто — знаете, такого цвета, что даже самый хмурый сосед на лестничной клетке начинает улыбаться и спрашивать: «Где ты такую радость нашла?» Этот оттенок всегда возвращал мне жизненный драйв, особенно после долгой зимы, которая словно тёща — затянулась и не хотела уходить. А тут бац — и весна! Робкая, как котёнок на скользком паркете, но уже такая желанная. Я потянулась к вешалке, чувствуя приятную ноющую боль в ноге — напоминание о моём пятимесячном заточении.
Да-да, не просто так говорят: «Кто сидел дома пять месяцев, тот знает цену свободе». Сегодня был особенный день — первая репетиция нашего хора после перерыва.
Подумала: «Ну всё, сейчас зазвучит «Катюша», как будто никакой пандемии и не было!»
Вдруг с верхней полки шкафа послышался тихий щелчок. Я подумала: «Ага, теперь у меня дома шпионская техника!» Маленький объектив камеры медленно повернулся ко мне так уверенно, как будто говорил: «Ну что там у тебя за планы?» И тут же телефон на тумбочке начал жужжать с такой силой, что можно было подумать — это не звонок дочери, а вызов из ЦРУ. На экране высветилось имя Марины.
Вздохнула глубоко и нажала кнопку ответа.
— Мама! — голос дочери прозвучал резко и громко так, будто она стояла рядом со мной и держала указку вместо телефона.
— Ты куда собралась? Я вижу через приложение: пальто на тебе висит! Быстро сними его и вернись в комнату!
Я попыталась быть спокойной: «Мариночка, солнце светит!
Я хочу прогуляться до сквера у Дома культуры!» Но дочь была непреклонна. Представила её сидящей в офисе с бровями как у сурового инспектора из советского фильма: «До сквера?
А если нога опять подвернётся? Ты о моих нервах подумала?» Тут я вспомнила анекдот про бабушку и внучку:
— Бабушка, ты почему не гуляешь?
— Доктор сказал меньше двигаться.
— А почему тогда телевизор каждый день меняешь канал?
— Это для мозгов зарядка!
Но Марина шутки не понимала.
— Никаких прогулок без меня! Вечером приеду — вместе выйдем во двор!
Я попыталась возразить тихо: «Сидеть на лавочке – это совсем не то…» Но разговор закончился угрозой заблокировать мою социальную карту удалённо.
Вот где технологии дошли! Раньше бабушки боялись только грабителей во дворе; теперь их боятся собственные дети через интернет.
Я посмотрела на камеру с её маленьким синим светодиодом – этот взгляд был увереннее любого детектива.
Нас разделяли километры города, а дочь видела каждый мой шаг и жест.
Всё началось пять месяцев назад в декабре. Стоял гололёд такой коварный, что даже опытные конькобежцы бы сказали: «Нет уж». Я возвращалась после репетиции хора (да-да, я та ещё солистка), когда моя нога поехала по льду словно лыжник на старте олимпиады. Глухой хруст – диагноз сложный винтообразный перелом лодыжки со смещением (серьёзно звучит даже лучше любых криминальных историй).
Марина тогда превратилась в супергероя без плаща – ночами носилась по больницам, договаривалась с хирургами и закупала лекарства лучше любой аптеки на районе.
— Мамочка!
Никаких возражений! — заявила она решительно в день выписки. — Ты переезжаешь ко мне временно.
Квартира на четвёртом этаже без лифта – это смертельная ловушка для тебя!